ВОЗДЕЙСТВИЕ
АРТ-ТЕРАПЕВТИЧЕСКИХ ТЕХНИК

в практике психологической
диагностики и коррекции
становления самосознания
у подростков
11.10.2019

ВОЗДЕЙСТВИЕ
АРТ-ТЕРАПЕВТИЧЕСКИХ ТЕХНИК

в практике психологической
диагностики и коррекции
становления самосознания
у подростков
11.10.2019

Подростковый возраст относится к числу критических периодов онтогенеза человека, когда происходят кардинальные преобразо­вания в сфере сознания, деятель­ности и системы взаимоотношений с окружающим миром.

Манцурова Людмила
Наиболее важным, отличительным признаком подросткового периода является становление нового интегративного психологического образования – само­сознания. А. Н. Леонтьев подчеркивал, что проблема самосознания личности не сводится к знанию человека о самом себе, самосознание – это осознание себя в системе общественных отношений. Самосознание – это процесс, с помощью которого человек познает себя и относится к самому себе. В ходе данного процесса появляется продукт – представление о себе – складывающийся в «Я-образ» или «Я-концепцию».

Первые шаги в исследовании феномена «Я» и феномена «самость» связаны с именем У. Джемса. Периодом возникновения сознательного «Я», как бы постепенно ни формировались отдельные его компоненты, издавна считается подростковый и юношеский возраст, отмечает И. С. Кон. Представления о себе могут относиться к разным сферам проявления человека. Исследователи К. Роджерс и М. Розенберг выделили различные формы представлений о себе по какому-либо существенному признаку. Формы, дифференцированные по сфере проявлений человека: «социальное Я», «духовное Я», «физическое Я», «интимное Я», «публичное Я», «моральное Я», «семейное Я» и так далее. Формы, дифференцированные как реальность и идеал: «реальное Я», «идеальное Я». Формы, дифференцированные на временном континууме: «Я в прошлом», «Я в настоящем». Количество таких «Я-образов» и их содержание определяются, как правило, на основе теоретических соображений.
Благодаря рефлексии на себя и других подросток продвигается в направлении самопознания. Он стремится понять себя самого. «Кто Я?» – это основной вопрос возраста. Самосознание подростка уже включает в себя все компоненты само­сознания взрослой личности [3].

В структуру самосознания входят: самопознание, самооценка, самоконтроль, образ «Я». Становление образа «Я» как системы представлений о самом себе тесно взаимодействует с эмоционально-чувственной сферой личности под­ростка, где проявление индивидуальных особенностей и притязание на при­знание внутреннего мира часто выражаются через внешние признаки.
Обобщенный образ «Я» формируется в результате интеграции много­численных образов самого себя. В подростковом возрасте последовательно появляются две особые формы самосознания: чувство взрослости и «Я-концепция».

В опреде­лении «Я-концепция» К. Роджерс (1951) утверждает, что «Я-концеп­ция» складывается из представлений о собственных характеристиках и способностях индивида, представлений о возможностях его взаимодействия с другими людьми и с окружающим миром, ценностных представлений, связанных с объектами и действиями, и представлений о целях или идеях, которые могут иметь позитивную или негативную направленность. Таким образом, это сложная структурированная картина, существующая в сознании индивида как самостоя­тельная фигура или фон, включающая как собственно Я, так и отношения, в которые оно может вступать, а также позитивные и негативные ценности, связанные с воспринимаемыми качествами и отношениями Я – в прошлом, настоящем и будущем.
Наиболее важным, отличительным призна­ком подросткового периода является ста­новление нового интегративного психо­логического образования – само­сознания. А. Н. Леонтьев подчеркивал, что проблема самосознания личности не сводится к зна­нию человека о самом себе, самосознание – это осознание себя в системе обществен­ных отношений. Самосознание – это про­цесс, с помощью которого человек познает себя и относится к самому себе. В ходе данного процесса появляется продукт – представление о себе – складывающийся в «Я-образ» или «Я-концепцию».

Первые шаги в исследовании феномена «Я» и феномена «самость» связаны с именем У. Джемса. Периодом возникновения созн­ательного «Я», как бы постепенно ни фор­ми­ро­вались отдельные его компоненты, издавна считается подростковый и юно­шеский возраст, отмечает И. С. Кон. Представления о себе могут относиться к разным сферам проявления человека. Исследователи К. Роджерс и М. Розенберг выделили различные формы представ­лений о себе по какому-либо существен­ному признаку. Формы, дифференцирован­ные по сфере проявлений человека: «соци­альное Я», «духовное Я», «физическое Я», «интимное Я», «публичное Я», «мораль­ное Я», «семейное Я» и так далее. Формы, диф­ференцированные как реальность и идеал: «реальное Я», «идеальное Я». Формы, диф­ференцированные на времен­ном конти­нууме: «Я в прошлом», «Я в на­стоя­щем». Количество таких «Я-образов» и их содер­жание определяются, как правило, на основе теоретических соображений.
Благодаря рефлексии на себя и других подросток продвигается в направлении самопознания. Он стремится понять себя самого. «Кто Я?» – это основной вопрос возраста. Самосознание подростка уже включает в себя все компоненты само­сознания взрослой личности [3].

В структуру самосознания входят: самопоз­на­ние, самооценка, самоконтроль, образ «Я». Становление образа «Я» как системы представлений о самом себе тесно взаимо­действует с эмоционально-чувственной сферой личности под­ростка, где прояв­ление индивидуальных особенностей и притязание на при­знание внутреннего мира часто выражаются через внешние признаки. Обобщенный образ «Я» форми­руется в результате интеграции много­чис­ленных образов самого себя. В подрост­ковом возрасте последовательно появля­ются две особые формы самосознания: чувство взрослости и «Я-концепция».

В опреде­лении «Я-концепция» К. Роджерс (1951) утверждает, что «Я-концеп­ция» складывается из представлений о собствен­ных характеристиках и способностях инди­вида, представлений о возможностях его взаимодействия с другими людьми и с окру­жающим миром, ценностных представ­ле­ний, связанных с объектами и действиями, и представлений о целях или идеях, кото­рые могут иметь позитивную или негатив­ную направленность. Таким образом, это сложная структурированная картина, сущест­вующая в сознании индивида как самостоя­тельная фигура или фон, включаю­щая как собственно Я, так и отношения, в которые оно может вступать, а также по­зи­тивные и негативные ценности, свя­занные с воспринимаемыми качествами и отношениями Я – в прошлом, настоящем и будущем.
Манцурова Людмила
Эмоциональная сензитивность в подростковом периоде направлена на пережива­ние не только предметных чувств на определенное событие, лицо, явление, но и на формирование обобщенных чувств: чувство прекрасного, трагического, чувство юмора, чувство доверия и так далее.

Помимо зоны ближайшего окружения подростка, на становление самосознания огромное влияние способны оказывать досуг, хобби, увлечения. Это особенно значимо, если субъект переживает сильную тревогу и напряжение. Через инфор­мационное пространство, социальные сети, пристрастие к компьютерным играм, попадание в зависимость от гаджетов и желание принадлежать «модному» пре­быванию в виртуальном мире – онлайн – искажается «Я-концепция» подростка.

В психодинамической теории Э. Эриксона фаза юности характеризуется возник­новением противоположностей – диффузное, расплывчатое «Я», ролевая и лич­ност­ная неопределенность. Типичная черта этой фазы – «ролевой мораторий»: диапазон выполняемых ролей расширяется, подростки не усваивают эти роли всерьез и окончательно, а как бы примеряют к себе [2].

Как показывает эмпирическое исследование, «уходя» в иллюзорный мир игры, идентифицируя себя с образом любимого персонажа, подростки теряют связь с образом реального «Я», распадаются компоненты целостного образа «Я». Именно обращение к творчеству при помощи метода арт-терапии способно оказать профилактическое, терапевтическое, коррекционное, коммуникативное, развивающее, социализирующее и гармонизирующее воздействие на станов­ление самосознания как нового психологического образования в подростковом периоде.

Как отмечает Б. Д. Карвасарский, творческое самовыражение в арт-­терапии в качестве максимального самовыражения и устранения напряжения за счет возврата к примитивным формам функционирования и удовлетворения бессоз­нательных желаний обеспечивает процесс сублимации внутренних конфликтов и неосознанных стремлений через выражение в символическом виде [7]. Человек – единая система, невозможно, затронув один аспект личности, оставить не вовлеченными другие. Арт-терапия станет отличным помощников в развитии всех когнитивных функций (В. Н. Никитин) [5].
Эмоциональная сензитивность в подрост­ковом периоде направлена на пережива­ние не только предметных чувств на опре­делен­ное событие, лицо, явление, но и на фор­мирование обобщенных чувств: чувство прекрасного, трагического, чувство юмора, чувство доверия и так далее.

Помимо зоны ближайшего окружения подростка, на становление самосознания огромное влияние способны оказывать досуг, хобби, увлечения. Это особенно зна­чимо, если субъект переживает сильную тревогу и напряжение. Через инфор­ма­цион­ное пространство, социальные сети, пристрастие к компьютерным играм, попадание в зависимость от гаджетов и желание принадлежать «модному» пре­быванию в виртуальном мире – онлайн – искажается «Я-концепция» подростка.

В психодинамической теории Э. Эриксона фаза юности характеризуется возник­но­вением противоположностей – диффуз­ное, расплывчатое «Я», ролевая и лич­ност­ная неопределенность. Типичная черта этой фазы – «ролевой мораторий»: диапазон выполняемых ролей расширяется, под­ростки не усваивают эти роли всерьез и окончательно, а как бы примеряют
к себе [2].

Как показывает эмпирическое исследо­вание, «уходя» в иллюзорный мир игры, идентифицируя себя с образом любимого персонажа, подростки теряют связь с обра­зом реального «Я», распадаются компо­ненты целостного образа «Я». Именно обращение к творчеству при помощи метода арт-терапии способно оказать про­филактическое, терапевтическое, коррек­ционное, коммуникативное, развивающее, социализирующее и гармонизирующее воздействие на станов­ление самосознания как нового психологического образования в подростковом периоде.

Как отмечает Б. Д. Карвасарский, творческое самовыражение в арт-­терапии в качестве максимального самовыражения и устране­ния напряжения за счет возврата к прими­тив­ным формам функциониро­ва­ния и удов­летворения бессоз­нательных желаний обес­­печивает процесс сублимации внутрен­них конфликтов и неосознанных стремле­ний через выражение в символи­ческом виде [7]. Человек – единая система, невоз­можно, затронув один аспект лич­ности, оставить не вовлеченными другие. Арт-терапия станет отличным помощников в развитии всех когнитивных функций (В.Н. Никитин) [5].
Рис. 1. «Счастье»
Рис. 1. «Счастье»
В нашем эмпирическом исследовании воздействия арт-техник на становление уровня самосознания в подростковом периоде мы опирались на онтосинерге­тический подход В. Н. Никитина и когнитивно-процессуальный подход. Мы иссле­дуем структуру художественного образа с учетом характера построения компо­зиции, рассматриваем трансформацию чувств через процесс художест­венного выражения. Становление уровня самосознания подростка изучается нами в рам­ках гипотезы закона синергетики как научной дисциплины о процессах развития и самоорганизации сложных систем произвольной природы (И. Пригожин) [5].

В. Н. Никитин рассматривает арт-терапевтический процесс как многоуровневый, динамический феномен, в границах которого осуществляется самоорганизация через самопознание. Арт-терапия – это терапия различными видами искусств. Работая с образом «Я» и его ролью в становлении уровня самосознания в под­ростковом периоде, в качестве основного инструментария мы использовали визуально-пластические художественные средства: рисунок, маску и глину.

Создание художественного образа как продукта психики человека можно рассмат­ривать через особый, индивидуальный способ выражения себя, своего восприя­тия, мышления и через отражение опыта взаимодействия с миром. Каждый твор­чес­кий продукт, несомненно, «вызовет» отношение к себе, которое может быть не всегда приятным, отражая глубинные сферы психики автора, его миро­ощуще­ние, характер, самооценку. Важно, что в процессе творческого самовыражения значения формы и содержания вложенных символических образов выделяется респондентом не случайным набором содержательных характеристик. В качестве значимых предметов и объектов, явлений выступают образы, имеющие перво­степенную значимость.
В нашем эмпирическом исследовании воздействия арт-техник на становление уровня самосознания в подростковом периоде мы опирались на онтосинерге­тический подход В. Н. Никитина и когни­тивно-процессуальный подход. Мы иссле­дуем структуру художественного образа с учетом характера построения компо­зиции, рассматриваем трансформацию чувств через процесс художест­венного выражения. Становление уровня само­сознания подростка изучается нами в рам­ках гипотезы закона синергетики как науч­ной дисциплины о процессах развития и самоорганизации сложных систем произвольной природы (И. Пригожин) [5].

В. Н. Никитин рассматривает арт-терапевти­ческий процесс как многоуровневый, дина­мический феномен, в границах которого осуществляется самоорганизация через самопознание. Арт-терапия – это терапия различными видами искусств. Работая с образом «Я» и его ролью в становлении уровня самосознания в под­ростковом периоде, в качестве основного инструмен­тария мы использовали визуально-пласти­ческие художественные средства: рисунок, маску и глину.

Создание художественного образа как продукта психики человека можно рассмат­ривать через особый, индивидуальный способ выражения себя, своего восприя­тия, мышления и через отражение опыта взаимо­действия с миром. Каждый твор­чес­кий продукт, несомненно, «вызовет» отно­шение к себе, которое может быть не всегда приятным, отражая глубинные сферы пси­хики автора, его миро­ощуще­ние, характер, самооценку. Важно, что в процессе творчес­кого самовыражения значения формы и содержания вложенных символических образов выделяется респондентом не слу­чайным набором содержательных харак­теристик. В качестве значимых предметов и объектов, явлений выступают образы, имеющие перво­степенную значимость.
Манцурова Людмила
Рисунок «Образ Я» как диагностический материал

Диагностический рисунок и терапевтический процесс протекают в арт-терапии одновременно посредством увлекательного спонтанного творчества. В результате легче устанавливаются эмоциональные и доверительные контакты между сторо­нами, включенными в диагностический процесс [1].

Итак, каждому участнику исследования предлагалось нарисовать образ «Я» и дать название своей работе. При этом мы подчеркиваем, что внешний вид рисунка, качество исполнения гораздо менее значимы, чем тот символический смысл, который поможет рассказать о себе нечто важное. В итоге, серия выполненных заданий на тему «Образ Я», «Мой портрет», «Я-реальный» «Я-идеальный», «Я друг», «Я глазами других», «Я глазами родителей», «Рисунок моего имени» позволяют выявить и сравнить вербальные и невер­бальные характеристики, отражающие взаимодействие сознательных и бессознательных аспектов психики подростков.
В ходе предварительного анализа рисунков выявляем, что 80% рисуночного материала не содержат в себе портретной схожести, основные свойства и харак­терологические признаки содержания относятся к любимым героям или персо­нажам авторов работ. Это герои аниме («японская анимация», от англ. animation) или герои компьютерных игр. В отличие от мультфильмов, основная часть выпус­каемого аниме рассчитана на подростковую и взрослую аудитории. Аниме отли­чается характерной манерой отрисовки персонажей и фонов.

В ходе проведения диагностического исследования художественного образа мы опирались на пять основных характерологических признаков в создании образа, разработанных В. Н. Никитиным:
  1. Конгруэнтность (структурность) – соотнесенность частей и элементов тела в рисунке человека
  2. Выразительность – изображение образа «Я» в эмоционально-­чувственном свете.
  3. Оригинальность – стремление изобразить себя с избеганием шаблонных решений.
  4. Акцентуированность – изображение образа себя в контексте субкультурных доминант.
  5. Метафоричность – изображение себя в виде художественного персонажа, либо образа, созданного в воображении.

Также мы исследования художественные образы в призме формального и содер­жательного факторов. Формальный фактор содержит в себе компоненты, относя­щиеся к расположению рисунка относительно формата листа и художественных деталей прорисовки: линия, штрих, прорисовка, форма, ритм, размеры элементов композиции, сопоставимость частей, перспективное изображение. Содержа­тель­ный фактор раскрывает индивидуальные черты рисующего и включает выбор темы, фон, оригинальность образа «Я», эстетику подачи, проработку фрагментов, элементов, деталей, открытость или закрытость образа, выраженную статику или динамику [5]. Интерпретация рисунка строится на целостном подходе, где мы рассматриваем взаимосвязи всех элементов образа и композиции.

Коррекционный эффект арт-терапии рассматривается в связи с самой сущностью искусства и с творческим потенциалом человека. В данном арт-терапевтическом процессе познание собственного внутреннего «Я» сопровождается его инте­гра­цией с внешней реальностью. В дальнейшем происходит перенос полученного опыта в каждодневное интерперсональное поведение вне терапевтического опыта.

Основной задачей коррекционной работы с подростковым образом «Я» при помощи маскотерапии является развитие рефлексии, трансформации искажен­ного восприятия и понимания себя как живой, целостной, самопознающей личности. Данная задача обеспечивает приобретение новых форм самоутверж­дения в «Я-концепции» и оказывает положительное воздействие на формиро­вание самопознания как нового, интегративного психологического образования.
Рисунок «Образ Я» как диагностический материал

Диагностический рисунок и терапевти­ческий процесс протекают в арт-терапии одновременно посредством увлекательного спонтанного творчества. В результате легче устанавливаются эмоциональные и довери­тельные контакты между сторо­нами, вклю­чен­ными в диагностический процесс [1].

Итак, каждому участнику исследования предлагалось нарисовать образ «Я» и дать название своей работе. При этом мы под­чер­киваем, что внешний вид рисунка, качество исполнения гораздо менее зна­чимы, чем тот символический смысл, который поможет рассказать о себе нечто важное. В итоге, серия выполненных заданий на тему «Образ Я», «Мой портрет», «Я-реальный» «Я-идеальный», «Я друг», «Я глазами других», «Я глазами родителей», «Рисунок моего имени» позволяют выявить и сравнить вербальные и невер­бальные характеристики, отражающие взаимо­дей­ствие сознательных и бессознательных аспектов психики подростков. В ходе пред­варительного анализа рисунков выявляем, что 80% рисуночного материала не содер­жат в себе портретной схожести, основные свойства и харак­терологические признаки содержания относятся к любимым героям или персо­нажам авторов работ. Это герои аниме («японская анимация», от англ. animation) или герои компьютерных игр. В отличие от мультфильмов, основная часть выпус­каемого аниме рассчитана на под­рост­ковую и взрослую аудитории. Аниме отли­чается характерной манерой отри­совки персонажей и фонов.

В ходе проведения диагностического исследования художественного образа мы опирались на пять основных характеро­логических признаков в создании образа, разработанных В. Н. Никитиным:
  1. Конгруэнтность (структурность) – соотнесенность частей и элементов тела в рисунке человека
  2. Выразительность – изображение образа «Я» в эмоционально-­чувственном свете.
  3. Оригинальность – стремление изобра­зить себя с избеганием шаблонных решений.
  4. Акцентуированность – изображение образа себя в контексте субкультурных доминант.
  5. Метафоричность – изображение себя в виде художественного персонажа, либо образа, созданного в воображении.

Также мы исследования художественные образы в призме формального и содер­жа­тельного факторов. Формальный фактор содержит в себе компоненты, относя­щиеся к расположению рисунка относительно формата листа и художественных деталей прорисовки: линия, штрих, прорисовка, форма, ритм, размеры элементов компо­зиции, сопоставимость частей, перспек­тивное изображение. Содержа­тель­ный фактор раскрывает индивидуальные черты рисующего и включает выбор темы, фон, оригинальность образа «Я», эстетику подачи, проработку фрагментов, элементов, деталей, открытость или закрытость образа, выраженную статику или динамику [5]. Интерпретация рисунка строится на целост­ном подходе, где мы рассматриваем взаи­мо­связи всех элементов образа и компо­зиции.

Коррекционный эффект арт-терапии рас­сматривается в связи с самой сущностью искусства и с творческим потенциалом человека. В данном арт-терапевтическом процессе познание собственного внутрен­него «Я» сопровождается его инте­гра­цией
с внешней реальностью. В дальнейшем происходит перенос полученного опыта
в каждодневное интерперсональное поведение вне терапевтического опыта.

Основной задачей коррекционной работы
с подростковым образом «Я» при помощи маскотерапии является развитие рефлек­сии, трансформации искажен­ного восприя­тия и понимания себя как живой, целост­ной, самопознающей личности. Данная задача обеспечивает приобретение новых форм самоутверж­дения в «Я-концепции»
и оказывает положительное воздействие
на формиро­вание самопознания как нового, интегративного психологического образования.
Рис. 2. «Образ Я»
Рис. 2. «Образ Я»
Процесс маскотерапии состоит из нескольких этапов:
  • создание эскиза маски любимого героя;
  • описание и выбор имени для маски персонажа;
  • взаимодействие с маской (знакомство с собой в маске через отражение в зеркале, диалог от лица маски, импровизация, взаимодействие с другими масками, трансформация маски);
  • обсуждение и интерпретация;
  • рефлексия.

Опираясь на вышеизложенный материал об онтосинергетическом подходе В.Н. Никитина, нами были выделены три этапа коррекционной работы:
  • трансформация образа «Я», сложившегося на основе собственных убеждений;
  • нахождение в состоянии неопределенности и поиск новой формы образа «Я»;
  • выход на новый уровень понимания реального образа «Я».

Как отмечает В. Н. Никитин, в процессе создания и проживания другого образа активируется смещение внимания референта – с аффективной на рациональную сферу восприятия – и осознание характера собственных чувств и мыслей [4].

Благодаря смещению внимания усиливается и коррекционный эффект маско­терапии, где респондент проходит все стадии трансфор­мации сознательных и бессознательных переживаний образа «Я» на бессознательном уровне, отож­дествляя себя с различными персонажами.

На вопрос, что объединяет тебя реального и изображенный персонаж, подростки отвечают, что желают иметь внешние и внутренние сходства с любимым героем. Что подтверждает потребность этого периода быть необычным, особенным, странным, привлекать внимание, выделяться из серой массы (рис. 3 и 4).
Процесс маскотерапии состоит из несколь­ких этапов:
  • создание эскиза маски любимого героя;
  • описание и выбор имени для маски персонажа;
  • взаимодействие с маской (знакомство с собой в маске через отражение в зеркале, диалог от лица маски, импровизация, вза­имодействие с другими масками, трансфор­мация маски);
  • обсуждение и интерпретация;
  • рефлексия.

Опираясь на вышеизложенный материал об онтосинергетическом подходе В.Н. Ни­китина, нами были выделены три этапа коррекционной работы:
  • трансформация образа «Я», сложившегося на основе собственных убеждений;
  • нахождение в состоянии неопределенности и поиск новой формы образа «Я»;
  • выход на новый уровень понимания реального образа «Я».

Как отмечает В. Н. Никитин, в процессе создания и проживания другого образа активируется смещение внимания рефе­рента – с аффективной на рациональную сферу восприятия – и осознание характера собственных чувств и мыслей [4].

Благодаря смещению внимания усили­ва­ется и коррекционный эффект маско­тера­пии, где респондент проходит все стадии трансфор­мации сознательных и бессозна­тельных переживаний образа «Я» на бессознательном уровне, отож­дествляя себя с различными персонажами.

На вопрос, что объединяет тебя реального и изображенный персонаж, подростки отве­чают, что желают иметь внешние
и внутренние сходства с любимым героем. Что подтверждает потребность этого периода быть необычным, особенным, странным, привлекать внимание, выде­ляться из серой массы (рис. 3 и 4).
Рис. 4. «Победитель»
Рис. 3. «Эльф»
Рис. 6. «Данте»
Рис. 5. «Бу»
Автор рисунка 3 – скромная молчаливая девушка, мечтательна. Комментируя свою работу, призналась в том, что ей не хватает внимания, друзей, а если изменить цвет волос, то тогда она окажется в центре внимания и, как ее героиня, будет яркой, уверенной и свободной.

Автор рисунка 4 – очень активный и подвижный юноша, лидер. Описывая особенности своего героя, восхищается его сверхспособностями – летать, сражаться и быть неуязвимым.

Автор рисунка 5 – девушка, которая переживает личную трагедию и, как она сама комментирует, не хочет, чтобы «лезли» в её жизнь.

Автор рисунка 6 – юноша, увлечен литературным чтением и восхищается способностью любимого героя к преодолению препятствий.
Рис. 3. «Эльф»
Рис. 3. «Эльф»
Автор рисунка 3 – скромная молчаливая девушка, мечтательна. Комментируя свою работу, призналась в том, что ей не хватает внимания, друзей, а если изменить цвет волос, то тогда она окажется в центре внимания и, как ее героиня, будет яркой, уверенной и свободной.
Автор рисунка 3 – скромная молчаливая девушка, мечтательна. Комментируя свою работу, призналась в том, что ей не хватает внимания, друзей, а если изменить цвет волос, то тогда она окажется в центре вни­мания и, как ее героиня, будет яркой, уве­рен­ной и свободной.
Рис. 4. «Победитель»
Рис. 4. «Победитель»
Автор рисунка 4 – очень активный и подвижный юноша, лидер. Описывая особенности своего героя, восхищается его сверхспособностями – летать, сражаться и быть неуязвимым.
Автор рисунка 4 – очень активный и под­вижный юноша, лидер. Описывая особен­ности своего героя, восхищается его сверх­способностями – летать, сражаться и быть неуязвимым.
Рис. 5. «Бу»
Рис. 5. «Бу»
Автор рисунка 5 – девушка, которая переживает личную трагедию и, как она сама комментирует, не хочет, чтобы «лезли» в её жизнь.
Автор рисунка 5 – девушка, которая пере­живает личную трагедию и, как она сама комментирует, не хочет, чтобы «лезли»
в её жизнь.
Рис. 6. «Данте»
Рис. 6. «Данте»
Автор рисунка 6 – юноша, увлечен литературным чтением и восхищается способностью любимого героя к преодолению препятствий.
Автор рисунка 6 – юноша, увлечен литера­турным чтением и восхищается способ­ностью любимого героя к преодолению препятствий.
Далее мы приступаем к диалогу от лица маски, каждый из ребят наблюдает свое отражение в зеркале. Некоторые юноши и девушки отказались вырезать маску. Они прикладывали свои рисунки к лицам и полностью закрывали себя или опускали рисунок чуть ниже уровня глаз.
Обращая внимание на то, что большинство масок имели агрессивный, отпугивающий характер, многие отмечали, что на первом этапе общения было смешно и абсурдно находиться среди ужасных масок и общаться с ними.

Психолог (П.): «Скажи, тебе комфортно в этой маске?»
Участник (У): «В маске да, интересно».

П.: «Что ты чувствуешь глядя на отражение в зеркале?»
Варианты ответов участников: «Мне странно», «Мне непривычно», «Не хочу смотреть в зеркало, но в маске останусь», «Хочу снять, это не я».
При продолжении диалога от имени масок смех сменялся молчанием. Многие участники приподнимали маски, выражая желание избавится от них, обосновывая это чувством дискомфорта и ощущением тревоги.
Самые популярные ответы: «Хочу содрать со всех маски», «Это не мы», «Мне страшно».
Кто-то не выдерживал напряжения, снимал маску, разрывал, девушки начинали плакать, постепенно менялось отношение к маскам, ребятам больше не хотелось взаимодействовать с собственными масками. «Это не про нас», – говорили они.

П.: «Хорошо, но ведь это маски ваших любимых героев, которым вам так хочется соответствовать».
У:«Уже не хотим, это не мы».

П.: «Хорошо. Пожалуйста, выделите каждый для себя три главных свойства своих героев, которыми вы хотите обладать».
Самые популярные ответы: «Преданность», «Смелость» и «Внутренняя сила». Далее идет процесс рефлексии, как и для чего эти свойства могут пригодиться в повседневной жизни.

Ребятам, которые категорически отказывались работать со своей маской, нами были предложены обычные нерукотворные маски из пластика. Постепенно подростки проявляли больший интерес именно к этим маскам и сошлись в едином мнении, что данные маски более привлекательны. Многие отмечали, что комфортнее работать в масках, которые закрывают только верхнюю часть лица. Так легче выражать свои мысли.

После окончания работы с масками, для закрепления полученного коррек­цион­ного эффекта мы провели занятия глинотерапией.
Далее мы приступаем к диалогу от лица маски, каждый из ребят наблюдает свое отражение в зеркале. Некоторые юноши и девушки отказались вырезать маску. Они прикладывали свои рисунки к лицам и пол­ностью закрывали себя или опускали рису­нок чуть ниже уровня глаз.
Обращая внимание на то, что большинство масок имели агрессивный, отпугивающий характер, многие отмечали, что на первом этапе общения было смешно и абсурдно находиться среди ужасных масок и об­щаться с ними.

Психолог (П.): «Скажи, тебе комфортно в этой маске?»
Участник (У): «В маске да, интересно».

П.: «Что ты чувствуешь глядя на отражение в зеркале?»
Варианты ответов участников: «Мне странно», «Мне непривычно», «Не хочу смотреть в зеркало, но в маске останусь», «Хочу снять, это не я».

При продолжении диалога от имени масок смех сменялся молчанием. Многие участ­ники приподнимали маски, выражая жела­ние избавится от них, обосновывая это чувством дискомфорта и ощущением тревоги.
Самые популярные ответы: «Хочу содрать со всех маски», «Это не мы», «Мне страш­но». Кто-то не выдерживал напряжения, снимал маску, разрывал, девушки начинали плакать, постепенно менялось отношение к маскам, ребятам больше не хотелось взаимодействовать с собственными мас­ками. «Это не про нас», – говорили они.

П.: «Хорошо, но ведь это маски ваших любимых героев, которым вам так хочется соответствовать».
У:«Уже не хотим, это не мы».

П.: «Хорошо. Пожалуйста, выделите каждый для себя три главных свойства своих героев, которыми вы хотите обладать».
Самые популярные ответы: «Преданность», «Смелость» и «Внутренняя сила». Далее идет процесс рефлексии, как и для чего эти свойства могут пригодиться в повсе­днев­ной жизни.

Ребятам, которые категорически отказы­вались работать со своей маской, нами были предложены обычные нерукотворные маски из пластика. Постепенно подростки проявляли больший интерес именно к этим маскам и сошлись в едином мнении, что данные маски более привлекательны. Многие отмечали, что комфортнее рабо­тать в масках, которые закрывают только верхнюю часть лица. Так легче выражать свои мысли.

После окончания работы с масками, для закрепления полученного коррек­цион­ного эффекта мы провели занятия глинотерапией.
Тема задания – создание образа «Я» из натуральной глины. Так, в завершение работы 98% испытуемых создали реалистичную творческую поделку, комментарии подростков отражали реальные смыслы и содержание индивидуальных харак­теристик в описании созданной поделки, адекватные данному возрастному периоду. Большинство выполненных работ уже не отражали сходства с вымыш­ленными персонажами аниме, чаще наблюдались индивидуальные, физио­логи­ческие особенности портретной схожести с автором. Например, курносый нос или расположение бровей.

Таким образом, возвращая подростка к осознанию своей уникальности и непов­торимости через трансформацию искаженного образа «Я» и создание завершен­ного образа «Я», имеющего естественное эстетическое содержание, нами получен результат, подтверждающий основную гипотезу о том, что применение арт-тера­пев­тических техник является незаменимым инструментом в работе с образом «Я» и оказывает положительный эффект на становление самосознания в подрост­ковом периоде.

Литература:
  1. Бернс Р. Развитие Я-концепции и воспитание / Р. Бернс; пер. с англ. – М.: «Прогресс», 1986
  2. Лебедева Л. Д. Практика арт-терапии: подходы, диагностика, система занятий / Л. Д. Лебедева. – СПб.: Речь, 2003 (Серия – психологический практикум)
  3. Макаров В. К., Борисова Е. А. Особенности самосознания подростков // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 12. Психология, Социология, Педагогика. 2008. – № 2. – С. 75–80.
  4. Мухина В. С. Возрастная психология: феноменология развития, детство, отрочество. 4-е издание / В. С. Мухина. – М.: Издательский центр «Академия». – 1999
  5. Никитин В. Н., Цанев П. Образ и сознание в арт-терапии / В.Н. Никитин, П. Цанев. – 2-е изд., исп. и доп. – М.: Когито-Центр, 2018
  6. Никитин В. Н. Арт-терапия: учебное пособие / В. Н. Никитин. – М.: Когито-Центр, 2014
  7. Психотерапевтическая энциклопедия / ред. Б. Д. Карвасарского, 2-е доп. и пер. – СПб.: Питер, 2002 (Национальная медицинская библиотека)
Тема задания – создание образа «Я» из нату­ральной глины. Так, в завершение работы 98% испытуемых создали реалистичную творческую поделку, комментарии подрост­ков отражали реальные смыслы и содержа­ние индивидуальных харак­теристик в опи­са­нии созданной поделки, адекватные данному возрастному периоду. Большин­ство выполненных работ уже не отражали сходства с вымыш­ленными персонажами аниме, чаще наблюдались индивидуаль­ные, физио­логи­ческие особенности портретной схожести с автором. Например, курносый нос или расположение бровей.

Таким образом, возвращая подростка к осознанию своей уникальности и непов­торимости через трансформацию искажен­ного образа «Я» и создание завершен­ного образа «Я», имеющего естественное эстети­ческое содержание, нами получен резуль­тат, подтверждающий основную гипотезу о том, что применение арт-тера­пев­тических техник является незаменимым инструмен­том в работе с образом «Я» и оказывает положительный эффект на становление самосознания в подрост­ковом периоде.

Литература:
  1. Бернс Р. Развитие Я-концепции и воспитание / Р. Бернс; пер. с англ. – М.: «Прогресс», 1986
  2. Лебедева Л. Д. Практика арт-терапии: подходы, диагностика, система занятий / Л.Д. Лебедева. – СПб.: Речь, 2003 (Серия – психологический практикум)
  3. Макаров В. К., Борисова Е. А. Особенности самосознания подростков // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 12. Психология, Социология, Педагогика. 2008. – № 2. – С. 75–80.
  4. Мухина В. С. Возрастная психология: феноменология развития, детство, отрочество. 4-е издание / В. С. Мухина. –
    М.: Издательский центр «Академия». – 1999
  5. Никитин В. Н., Цанев П. Образ и сознание в арт-терапии / В.Н. Никитин, П. Цанев. – 2-е изд., исп. и доп. – М.: Когито-Центр, 2018
  6. Никитин В. Н. Арт-терапия: учебное пособие / В. Н. Никитин. – М.: Когито-Центр, 2014
  7. Психотерапевтическая энциклопедия / ред. Б. Д. Карвасарского, 2-е доп. и пер. – СПб.: Питер, 2002 (Национальная медицинская библиотека)

Версия для печати:

Поделиться:

Републикация части материала, не превышающей по объему 25% исходной статьи, допускается с обязательным указанием автора и гиперссылкой на адрес полнотекстового материала на сайте art-in-psychology.com
Републикация части материала, не превы­шаю­щей по объему 25% исходной статьи, допуска­ется с обязательным указанием автора
и гиперссылкой на адрес полнотекстового материала на сайте art-in-psychology.com
{{amount}}
Товар добавлен в корзину
Наверх